Архив рубрики: Культурная драконология

А. М. Беленицкий, В. А. Мешкерис «Змеи-драконы в древнем искусстве Средней Азии»

Об авторах: Беленицкий — доктор исторических наук; Мешкерис — доктор исторических наук
Опубликовано: Беленицкий А. М., Мешкерис В. А. Змеи-драконы в древнем искусстве Средней Азии // Советская археология. — 1986. — № 3. — С. 16-27.
Оцифровано: Н. В. Бардичева, 2020


Интерес исследователей к культу змеи в древней Средней Азии проявился с момента находки каменного изваяния змей в Фергане (кишлак Сох). Г. Кастанье в 1913 г., публикуя памятник, впервые попытался на основе мифов народов мира раскрыть некоторые семантические аспекты культа змеи, которые могли иметь место в Средней Азии. С обычаем офилатрии (приношение жертв змее) он связал уникальное глиняное скульптурное изображение пятнистой двуголовой змеи, найденное под Ташкентом в начале XX в. [1, с. 17-24].

Попытку интерпретации этого зооморфного образа на материалах среднеазиатской археологии предпринял в 1956 г. М. Э. Воронец [2]. Он видит в изображениях из Соха определённый вид распространённых в Средней Азии змей — эфы, главной отличительной особенностью которой является пятнистость. Этот и некоторые другие признаки дали повод сопоставить сохских змей не только с изображением рептилий на памятниках эпохи бронзы Средней Азии, но и с некоторыми памятниками древности Месопотамии, относимыми к эпохе Шумера. Приведённые аналогии позволили исследователю датировать изваяние из Соха эпохой бронзы, II тыс. до н. э.1

Читать далее

В. В. Андерсен «Магические способности дракона и рыси в античных и средневековых представлениях»

Об авторе: искусствовед
Доклад: Андерсен В. В. Магические способности дракона и рыси в античных и средневековых представлениях // Зверь и человек в западноевропейских и американских литературах / XLI Международная филологическая конференция. Филологический факультет СПбГУ, 26-31 марта 2012 г.


Среди огромного количества существ, которые в Античности и Средневековье наделялись магическими свойствами, нельзя не обратить внимание на сходство ряда способностей между, казалось бы, никак не связанными между собой животными: драконом (змеёй) и рысью. Эти способности прежде всего следующие: сверхъестественное зрение, связь с золотом и драгоценностями, магические камни, которые «добываются» из этих животных.

Читать далее

В. Д. Кубарев «Змеи-рыбы-драконы в петроглифах Алтая»

Об авторе: доктор исторических наук
Опубликовано: Кубарев В. Д. Змеи-рыбы-драконы в петроглифах Алтая // Древности Алтая. Межвузовский сборник научных трудов. — Горно-Алтайск: ГАГУ, 2002. — № 9.
— С. 62-67.
Оцифровано: Центр Новых Информационных Технологий Горно-Алтайского Государственного Университета; корректорская работа: Н. В. Бардичева, 2020


В наскальных изображениях Алтая и соседней Монголии повествовательные сюжеты с рисунками змей, рыб и тем более драконов являются большой редкостью. Ряд лаконичных сцен с указанными персонажами и их семантика рассматриваются в предлагаемой статье.

Далее

Я. В. Чеснов «Дракон: метафора внешнего мира»

Об авторе: кандидат исторических наук
Опубликовано: Чеснов Я.В. Дракон: метафора внешнего мира // Мифы, культы, обряды народов зарубежной Азии / Отв. ред. Н. Л. Жуковская. — М.: Главная редакция восточной литературы, 1986. — С. 59–72.
Оцифровано: неизвестно; устранение ошибок оцифровки: Н. В. Бардичева, 2020


Синкретический облик дракона тысячелетиями волновал вооб­ражение людей. Он известен и создателям древнейших цивили­заций, и эскимосам, не знавшим классового общества, и совре­менным развитым народам. Распространение мифа о драконе столь универсально, что известный швейцарский психиатр и историк религии К. Г. Юнг отнёс дракона к системе архетипов человечества — наследственно передающихся схем, эмоционально окрашенных, но априорно формирующих представления [1]. В этом случае, если согласиться с Юнгом, человечество сохранило в своей памяти информацию о звероящерах, о жестокой реальности, в которой жили далёкие предки людей.

Историкам религии, мифологии и искусства ещё трудно про­следить все этапы генезиса образа дракона. Ясно только, что он был избран для символического обозначения разных, но важ­нейших понятий в жизни человека: титанических стихий природы, космических сил, света и тьмы, таинственно возникающей жизни и трагедии смерти, мудрости и косности. Значения, объединяемые в одном образе, очень противоречивы, и это вынуждает нас сделать попытку подойти к рассмотрению образа дракона не только с по­зиций его исторического развития, анализа процесса, т. е. посте­пенного включения в него черт отдельных реальных существ, комбинаций этих черт в разных локальных традициях, но и с точки зрения его концептуального (сущностного) единства, феноменоло­гически выраженного фантастическим сочетанием разнородных черт. Как отдельные черты, составляющие облик дракона, несут свою символику, так и образ в целом выступает как символ нового уровня, символ символов. Раскрыть содержание такого символа невозможно, если идти от его частных составляющих.

Читать далее

К. М. Скалон «Изображение дракона в искусстве IV-V веков»

Об авторе: учёный секретарь Отдела истории первобытной культуры Эрмитажа
Опубликовано: Скалон К. М. Изображение дракона в искусстве IV-V веков // Сообщения Государственного Эрмитажа. — 1962. — [Вып.] XXII. — С. 40-43.
Оцифровано: неизвестно


В 1924 г. близ г. Ставрополя, на Каряжском городище V-VIII вв. н.э., расположенном в 4 км от села Татарки, была найдена жителями этого села вместе с другими предметами интересная фигурка дракона. [1] В настоящее время она хранится в Эрмитаже.

Мы не располагаем точными сведениями об условиях находки. Известно лишь, что вместе с вещами были найдены человеческие кости, указывающие на существование возле городища могильника. [2] Находки сделаны несколькими лицами и, вероятно, принадлежат различным погребальным комплексам, но датируются они одним временем. Среди них — янтарные бусы, бронзовая миниатюрная пряжечка, серебряная пряжка с прямоугольным кольцом и неподвижным основанием, оканчивающимся стилизованными головками птиц, золотая серьга калачиком, круглая бронзовая бляха, обтянутая золотым листком и украшенная сердоликовой и гранатовыми вставками, два обломка подобных же блях и мелкие обрывки золотого листка. Все эти предметы имеют многочисленные аналогии в аланских могильниках Северного Кавказа IV-V вв. [3]

Самой же замечательной находкой является золотая фигурка дракона с широко открытой пастью, с двумя высокими треугольными выступами, изображающими, по-видимому, уши или рога зверя и с крыльями в виде двух стержней, спаянных из трёх тонких витых пластин. [4] Поверхность фигурки украшена овальными вставками гранатов в высоких гнёздах. Пространство между ними заполнено треугольниками из зерни. Высоко поставленные глаза обозначены круглыми гнёздами. Из пасти чудовища высовывается длинный язык в виде петли из тонкой пластины. По сторонам четыре больших клыка и два ряда мелких зубов, выполненных пирамидками из зерни. Сзади фигура дракона оканчивается втулкой, на которой сверху и по сторонам сохранились прямоугольные гнёзда для вставок. Отсутствующие вставки в глазах, на рогах и на втулке были, вероятно, изготовлены из другого, более хрупкого, чем гранат, материала. Все гнёзда окружены ободками из зерни.

Фигура дракона из Каряжского городища близ Ставрополя. [ Инв. № 1091/12; дл. 8,8 см, наиб. высота 3,0 см. ]
Читать далее

С. Б. Арутюнян «Мифологический образ солнца в загадке о лампаде»

Об авторе: доктор филологических наук
Опубликовано: Арутюнян С. Б. Мифологический образ солнца в загадке о лампаде // Историко-филологический журнал. — Национальная академия наук Республики Армения, 1976. — Т. 1. — С. 237-242.
Оцифровано: Н. В. Бардичева, 2020


В армянской народной традиции широко распространена загадка о лампаде; приблизительно в 25 районах Восточной и Западной Армении записано более 50 ее вариантов [1]. Основной тип загадки следующий:

Змея в море,
В пасти ее драгоценный камень.

Примерно в 35 вариантах основные реалии упомянутого типа загадки остаются почти теми же или заменяются близкими. Например, в группе вариантов вместо моря выступает озеро, колодец или родник, где находится змея, а в змеиной пасти вместо драгоценного камня появляются яхонт, коралл или золото, цветок, красное яблоко, огонь и даже прекрасная девица. В этих 35 вариантах встречаются новые реалии, в частности местонахождение водного резервуара (моря, озера, колодца). В группе вариантов водный резервуар находится либо в доме, либо за домом, или над домом, либо во дворе, либо на дереве. В остальных 15 вариантах вместо змеи выступают рыба, червь, волк или кишка.

Читать далее

М. В. де Виссер — Книга I Глава I § 5

Об авторе: востоковед, доктор филологии
Опубликовано: де Виссер М. В. Дракон в Китае и Японии. Амстердам, 1913
Перевод на русский язык: нет данных. Правка: Н. В. Бардичева, 2016

Содержание книги

Книга I. Дракон в Китае

Глава I. Дракон в китайских классиках

§5. И-ли

Читать далее

М. В. де Виссер — Книга I Глава I § 4

Об авторе: востоковед, доктор филологии
Опубликовано: де Виссер М. В. Дракон в Китае и Японии. Амстердам, 1913
Перевод на русский язык: нет данных. Правка: Н. В. Бардичева, 2016

Содержание книги

Книга I. Дракон в Китае

Глава I. Дракон в китайских классиках

§4. Чжоу-ли

Читать далее

М. В. де Виссер — Книга I Глава I § 3

Об авторе: востоковед, доктор филологии
Опубликовано: де Виссер М. В. Дракон в Китае и Японии. Амстердам, 1913
Перевод на русский язык: нет данных. Правка: Н. В. Бардичева, 2016

Содержание книги

Книга I. Дракон в Китае

Глава I. Дракон в китайских классиках

§ 3.  Ли-цзи

Читать далее

М. В. де Виссер — Книга I Глава I § 2

Об авторе: востоковед, доктор филологии
Опубликовано: де Виссер М. В. Дракон в Китае и Японии. Амстердам, 1913
Перевод на русский язык: нет данных. Правка: Н. В. Бардичева, 2016

Содержание книги

Книга I. Дракон в Китае

Глава I. Дракон в китайских классиках

§ 2.  Шу-цзин

Читать далее